Научно-практический журнал
[О компании] Издательство 'Цитокины и воспаление' - Журнал 'Цитокины и Воспаление'

197376, Санкт-Петербург, ул. Акад. Павлова, д. 12,
Институт экспериментальной медицины РАМН
Тел.: (812) 543 52 14, +7 921 984 11 30, +7 921 909 55 49
Факс: (812) 543 52 14
E-mail:
Web: www.cytokines.ru


  


2016 год
1 номер 2 номер

О Журнале

Текущий год
Архив

Рубрики
Подписка

NEW Книжная полка
NEW Стол заказов

Карта сайта
Правила для авторов

Поиск

Контакты
Наши партнеры:

Русский языкEnglish language
Карта сайта Написать письмо, наши координаты

Содержание | Предыдущая статья

Журнал 'Цитокины и воспаление', 2011, № 1

Заказать этот номер

Заказать эту статью в PDF

Юбилейные даты

Номер 1'2011

Императорский институт на бывшей Лопухинской (к 120-летию ИЭМ)

Ю.П. Голиков

На бывшей Лопухинской улице Петербурга, которая с 1936 г. носит имя академика Павлова, в старом парке укрылся Институт экспериментальной медицины Российской Академии медицинских наук – РАМН. Он был создан в 1890 г. как первый в мире многопрофильный медико-биологический НИИ. До марта 1917 г. он был Императорским (ИИЭМ), до 15 октября 1932 г. – Государственным (ГИЭМ), в 1932–1934 гг. — Всесоюзным и далее Ленинградским филиалом Всесоюзного института экспериментальной медицины (ЛФ ВИЭМ). В декабре 1944 г. на его базе была создана Академия медицинских наук СССР, и Институт вошел в ее состав, вновь обретя самостоятельность как ИЭМ АМН СССР. Мемориальная доска на стене его проходной (ул. акад. Павлова, 12) сообщает, что своим появлением он обязан принцу А.П. Ольденбургскому, который считал Институт «главным делом своей жизни». Благодаря его финансовой поддержке и организаторской инициативе Институт торжественно открыли 8 декабря 1890 г. Личная энергия принца, пригласившего лучших специалистов, позволила не только создать ИИЭМ, но и проводить приоритетные исследования. В его составе было 6 отделов: их создатели, они же и первые руководители, уже имели к этому времени научную известность, и вокруг большинства из них стали постепенно формироваться научные школы. Государственное финансирование и пожертвования граждан позволяли проведение экспедиций в места эпидемий или эпизоотий, целевых исследований, строительство и оборудование лабораторий и т. д. Собственно, это был первый в мире научный институт медико-биологического профиля с университетской структурой, и правильнее было бы его назвать и считать Институтом теоретической медицины и биологии. Причем каждый его отдел практически являлся узкопрофильным институтом. Его уникальная структура позволяла вести комплексные исследования на разных уровнях — от молекулярного до организменного и популяционного.

С первых дней существования ИИЭМ, задуманный для изучения причин инфекционных болезней и способов их лечения, демонстрировал удачное сочетание фундаментальных и прикладных исследований. Первым его директором был дермато-венеролог Э.-Л.Ф. Шперк, а вторым — патофизиолог С.М. Лукьянов.

Успехи его ученых отмечены многочисленными премиями за научные исследования, среди них и Нобелевская премия, которой удостоен И.П. Павлов (1904) за исследование физиологических механизмов пищеварения.

Уже в конце ХIХ – начале ХХ вв. в нем впервые в императорской России началась первичная институциализация медико-биологических дисциплин: бактериологии, биохимии, иммунологии, эпидемиологии, общей патологии, физиологии нормальной и патологической, высшей нервной деятельности и др. На базе подразделений ГИЭМ–ВИЭМ и при активном участии его сотрудников, в том числе и ранее в нем работавших, в нашей стране в ХХ столетии было организовано более 20 новых НИИ.

Исходно ИИЭМ имел статус высшего научного медицинского учреждения академического типа. Его главной задачей являлось всестороннее изучение причин инфекционных болезней, а также «практическое применение способов борьбы с заболеваниями и последствиями оных». Напомним, что на протяжении столетий о природе инфекционных заболеваний практически ничего не было известно. Основываясь на опыте европейских коллег, и в первую очередь французских и немецких ученых, а также опираясь на собственные разработки, сотрудники ИИЭМ приступили к исследованиям. В их работе намечались два взаимосвязанных направления: во-первых, комплексный экспериментальный и теоретический анализ различных фундаментальных проблем биологии и медицины; во-вторых, решение практических, прикладных задач клинической медицины и здравоохранения. Причем руководители научных подразделений и сотрудники занимались только научными изысканиями. Принц сделал исключение только для И.П. Павлова, который, кроме работы в ИИЭМ, заведовал кафедрой фармакологии (до 1895 г.) и далее кафедрой физиологии Императорской Военно-медицинской академии.

В течение 120 лет существования Институт сохранил свою отличительную особенность: сочетание фундаментальных и прикладных исследований. В любой науке есть фундаментальная, естественная и прикладная составляющие. Первая составляющая — это работа на границе между нашим знанием и незнанием в задуманном направлении. Вторая — это знания, полученные вне зависимости от направления исследования, т. е. параллельно. Третья – та работа и те знания, которые можно использовать в практической медицине и биологии. В этой связи кратко рассмотрим деятельность нескольких директоров и руководителей отделов.

Так, Э.-Л.Ф. Шперк, крупнейший специалист в области кожных и венерических болезней, пытался моделировать сифилис на низших обезьянах.

Под руководством второго директора, С.М. Лукьянова, который возглавлял ИИЭМ до 1903 г., стали разрабатывать важные общетеоретические проблемы, например, чтó следует считать функциональной нормой, а что патологическими отклонениями от нее, каков механизм сопротивляемости организма болезнетворным агентам, как изменяется обмен веществ при инфекционно-лихорадочных состояниях. Здесь работал его ученик Е.С. Лондон, один из пионеров в области применения рентгеновского и радиоактивного излучения для медицинских целей, создавший метод авторадиографии. С.М. Лукьянов способствовал созданию в отделе биохимии лаборатории по производству противодифтерийных препаратов). Уже в январе 1895 г. в аптеки столицы поступила изготовленная в ИИЭМ противодифтерийная сыворотка. Это позволило начать систематическую борьбу с этой патологией.

С 1897 г. ИИЭМ стал опорной базой «Особой комиссии по предупреждению занесения в пределы империи чумной заразы», которую возглавил А.П. Ольденбургский. Препараты производились «особой» лабораторией ИИЭМ на форте «Император Александр I», находившемся недалеко от Кронштадта в Финском заливе. Трудно переоценить вклад сотрудников ИИЭМ в изучение чумы и холеры, а также в организацию борьбы с этими инфекционными заболеваниями, в подготовку кадров эпидемиологов. Особо следует отметить деятельность ИИЭМ по производству лекарственных форм.

Третьим директором стал С.Н. Виноградский, один из основоположников отечественной микробиологии. Он первым в мире разработал общую картину круговорота азота в природе. Развивая это направление, его ученик В.Л. Омелянский впервые показал, каким образом происходит связывание газообразного азота в растительном мире. А другой ученик, З. Ваксман, создал новый антибиотик стрептомицин и стал Нобелевским лауреатом (1952). Московский Институт микробиологии РАН теперь носит имя С.Н. Виноградского и берет свое начало от отдела бактериологии ИИЭМ, а РАН учредила научную премию имени С.Н. Виноградского, которая присуждается отделением физико-химической биологии.

По-разному складывались судьбы исследователей, которые принадлежали к научной школе микробиологов ИЭМ. По приговору Саратовского трибунала НКВД (30.01.1942) расстреляли российского микробиолога и иммунолога Оскара Оскаровича Гартоха, арестованного в Ленинграде (31.05.1941) по ложному обвинению в шпионаже. В 1970-х ушли из жизни все его ученики, ныне доживают свой век и научные «внуки». Новые поколения отечественных микробиологов, к великому сожалению, ничего не знают о нем. Тем самым разрывается связь преемственности между прошлым, настоящим и будущим в микробиологии и иммунологии. О.О. Гартох окончил медицинский факультет Боннского университета (1905) и защитил докторскую диссертацию. Вернувшись, работал врачом в детском приюте больницы Св. Николая Санкт-Петербурга. С 1907 г. — сотрудник Отдела эпизоотологии ИИЭМ, где его научным руководителем и другом стал А.А. Владимиров. С 1920 г. около 10 лет А.А. Владимиров был директором ГИЭМ, а О.О. Гартох — ученым секретарем и научным руководителем Института эпидемиологии им. Пастера. Обоих ученых арестовали в 1930 г., но вскоре выпустили благодаря многочисленным ходатайствам. В дальнейшем Гартох оказывался в тюрьме еще дважды. Анализ его научной деятельности не является нашей задачей, но отметим, что О.О. Гартох с учениками впервые получил данные, позволившие вскрыть и понять закономерность распространения кишечных инфекций и организовать целенаправленные мероприятия по их предупреждению. Другой выдвинутой им основополагающей идеей явилось разделение возбудителей ряда инфекций на био- и серологические варианты с присущими им клиническими и эпидемиологическими особенностями заболеваний. На этой основе он осуществлял целенаправленное воздействие на различные формы дифтерии, коклюша, скарлатины, кори и т. д., что привело к резкому снижению заболеваемости и смертности от данных инфекций, которые в 1930-х были серьезными проблемами здравоохранения.

К этой же научной школе принадлежал и действительный член АМН СССР В.И. Иоффе (1898-1979). Известны его исследования по микробиологии, иммунологии, эпидемиологии детских капельных инфекций, обширной группе стрептококковых заболеваний, закономерностям инфекции и иммунитета. В.И. Иоффе принадлежит заслуга в ликвидации дифтерии в Ленинграде, разработка первой в стране вакцины против коклюша и доказательство стрептококковой этиологии скарлатины. В области иммунологии наиболее крупными его достижениями являются принцип «внутреннего» и «полного» серологического анализа, с успехом использованный для решения проблем инфекционной патологии и приведший его к открытию идиотипии антител еще в 1943 г., а также принцип и метод оценки «общей иммунологической реактивности» организма, повлиявшие на разработку рациональных схем вакцинации людей и заложившие основы экологической иммунологии.

Под руководством К.Я. Гельмана, а затем А.А. Владимирова в отделе эпизоотологии впервые был разработан принципиально новый метод специфической серодиагностики диагностики у людей и животных некоторых инфекционных заболеваний (туберкулез, бешенство, сап и др.). Гельманом был создан маллеин — препарат для диагностики сапа и получен туберкулин. В дальнейшем на базе исследований, проводимых в отделах бактериологии и эпизоотологии, возникло новое направление — клиническая иммунология.

Патофизиологу и биохимику М.В. Ненцкому принадлежит ряд выдающихся открытий в различных областях биологической химии. За 10 лет работы М.В. Ненцкого в ИИЭМ, его подразделение подготовило более 200 научных работников, что свидетельствует о глобальности его научной школы.

История ИЭМ имеет, как принято говорить, «белые пятна». Необходимо уделить должное внимание Эрвину Симоновичу Бауэру, работавшему в нем в 1930-е. После окончания Бауэром медицинского факультета Будапештского университета его мобилизовали в армию (1914). В 1919 г. ему, стороннику Венгерской Советской республики, пришлось эмигрировать, через Вену – Геттинген – Прагу – Берлин, в СССР. С 1925 г. Бауэры жили в Москве. А в 1932 г. в Ленинграде, на базе ИЭМ, был создан ВИЭМ, и Бауэр возглавил в нем Отдел общей биологии. Напряженная работа привела Бауэра к созданию фундаментального труда «Теоретическая биология» (1935). Многие годы книга оставалась недоступной отечественным специалистам, т. к. вся семья Бауэров, включая двух маленьких детей, была репрессирована (1937). В 2002 г. его монография была переиздана. Сжато оценивая научное творчество Бауэра, необходимо признать, что сегодня растет интерес к трудам этого выдающегося ученого. Только теперь становится ясно, что он значительно опередил время: некоторые вопросы не могут быть решены еще и сейчас.

Практическая деятельность ИИЭМ осуществлялась на базе 1-го Практического антирабического отделения с 1890 г. и 2-го Практического отделения – Кожной клиники с 1907 г., а также во время проведения экспедиций для борьбы с эпидемиями и эпиоозотиями особо опасных инфекций как в России, так и за ее пределами.

С первых же лет своей деятельности ИИЭМ завоевал международное признание благодаря тому, что его попечитель, бывая в различных странах, поддерживал личные контакты с иностранными учеными и добивался прикомандирования в зарубежные лаборатории сотрудников ИИЭМ. Престиж Института был высок, и все выходящие из него издания «не подлежали предварительной цензуре». Во Временном Уставе ИИЭМ (1891) говорилось также, что «равным образом не подлежат рассмотрению цензуры необходимые печатные издания и рукописи, полученные из-за границы», а «выписываемые институтом для своих надобностей машины, инструменты, аппараты, химические материалы и другие тому подобные предметы не подлежат оплате таможенной пошлиной». Таким образом, ИИЭМ получал возможность проводить свои исследования на мировом уровне.

Сегодня Учреждение Российской академии медицинских наук Научно-исследовательский институт экспериментальной медицины Северо-Западного отделения РАМН (ул. Акад. Павлова, 12) является достоянием страны и ведущим учреждением Северо-Западного отделении РАМН. ИЭМ со своими научными школами уже второе столетие определяет традиции отечественной науки.

В 1892–1941 гг. ИИЭМ издавал журнал «Архив биологических наук» на русском и французском языках. ИЭМ существенно расширил сферу исследований и стал ведущим учреждением страны в области теоретической биологии и медицины. В 1945–1953 гг. ИЭМ испытал трудности вследствие пагубного влияния «лысенковщины», деятельности О.Б. Лепешинской и решений объединенной сессии АН СССР и АМН СССР об учении И.П. Павлова, нанесших существенный вред развитию генетики, физиологии, цитологии, гистологии, эмбриологии и ряду смежных наук. Из ИЭМ были уволены или сами ушли В.Я. Александров, Д.Н. Насонов, П.Г. Светлов, В.А. Энгельгардт и другие крупные ученые. В 1981 г. после многолетнего перерыва в ИЭМ была открыта своя клиника. В настоящее время ИЭМ ведет комплексные разработки в области физиологии, патологии и патофизиологии, экологической физиологии, биохимии, морфологии, нейрофармакологии, вирусологии, молекулярной микробиологии, генетики, атеросклероза, истории медицины и биологии. Ныне НИИ экспериментальной медицины СЗО РАМН — ведущее учреждение в Российской академии медицинских наук.

Читайте статью целиком
в печатной версии журнала
!

Содержание | Предыдущая статья


Начата подписка на 2016 год!

Обновление на книжной полке: компакт-диск Цитокины и воспаление, 2008 год.

© 2002-2017 Цитокины и Воспаление